Экономика КР растет — люди приезжают: посол Пакистана о миграции и партнерстве
— Каков текущий численный состав граждан Пакистана в Кыргызстане?
— По нашим сведениям, это около 12 тысяч человек. Однако, честно говоря, я отдаю предпочтение данным Кыргызской Республики, так как государственные органы точнее отслеживают количество пакистанцев, пересекающих границу. Разница в цифрах составляет около трех тысяч, и в итоге речь идет примерно о 15 тысячах пакистанских граждан.
Из них приблизительно 10 тысяч являются студентами, большинство из которых обучаются в медицинских вузах. Около 5 тысяч составляют представители других категорий, из которых примерно 4 тысячи — рабочие. Есть также бизнесмены и инвесторы, хотя крупных инвесторов пока немного.
— Вы говорили об инвестициях. Каков объем пакистанских вложений в экономику Кыргызстана?
— В целом, пакистанские инвестиции можно оценить в диапазоне $200–300 миллионов. Большинство инвесторов — небольшие компании с проектами на сумму до $10 миллионов.
Отметим, что недавно один крупный инвестор из Пакистана запустил проект по строительству завода по переработке нефтепродуктов на юге Кыргызстана с общим бюджетом около $400 миллионов. Работы уже стартовали, и на объект прибыли инженеры из Пакистана. Ожидается, что строительство такого масштабного завода займет примерно два года, и, возможно, он начнет функционировать к 2029 году.
— В последние годы наблюдается значительный приток граждан Пакистана в Кыргызстан. Как вы это объясняете?
— Я считаю, что это связано с быстрым экономическим ростом Кыргызстана. Увеличение ВВП указывает на наличие рабочих мест, бизнеса и инвестиций.
Кроме того, многие кыргызстанцы уезжают на работу в Россию или Казахстан, где заработные платы выше, что приводит к нехватке рабочей силы в стране и необходимости привлечения работников из других стран.
— Значит, иностранные рабочие готовы работать за меньшую плату, чем местные жители?
— Да, именно так. Если бы кыргызстанцы соглашались на зарплату в $300, предприниматели предпочли бы их. Но многие хотят получать около $1,000, что чаще встречается в России.
Пакистанцы же готовы работать за $500, что позволяет им заполнить эту нишу и компенсировать нехватку рабочей силы.
— В каких сферах они чаще всего заняты? Строительство и швейная промышленность?
— Да, около 95 процентов пакистанцев работают именно в этих отраслях. Местные предприниматели часто отмечают, что пакистанцы являются отличными работниками.
Они могут трудиться по девять часов в день и не требуют доплат за дополнительные часы. Швейное дело — это настоящая искусство. Я не знаю, связано ли это с генетикой, но пакистанцы умеют великолепно шить. Это требует навыков в крое, чувстве формы и понимании тканей.
Сейчас также возникла потребность в специалистах по дереву для производства мебели и столярных изделий. Кыргызские предприниматели попросили рассмотреть возможность привлечения 100 работников из Пакистана, и я направил соответствующий запрос.
— Почему студенты из Пакистана выбирают медицинские вузы в Кыргызстане?
— Причина в доступности и стоимости образования. Учеба в частных медицинских вузах Пакистана в три раза дороже, чем в Кыргызстане, а поступление туда довольно сложно из-за высоких конкурсов и экзаменов.
В государственных вузах обучение стоит около $100 в месяц, но лишь 30–40 процентов абитуриентов проходят. В частных вузах стоимость обучения достигает $20–22 тысяч в год.
В Кыргызстане есть вузы с годовой платой около $7 тысяч, а некоторые предлагают обучение всего за $1,500. В среднем, стоимость составляет около $5 тысяч, что в три-четыре раза ниже.
— Как вы оцениваете вклад граждан Пакистана в экономику Кыргызстана?
— Я не рассматриваю это исключительно с экономической точки зрения. Как посол, для меня важнее человеческие связи, взаимопонимание и культура.
Если 10 тысяч студентов в среднем платят по $6 тысяч в год, это около $60 миллионов, поступающих в Кыргызстан. Если 3–4 тысячи рабочих зарабатывают в среднем $300–400 в месяц, то с учетом расходов это около $25 миллионов, которые уходят в Пакистан. Разница составляет приблизительно $30 миллионов.
Однако это не те суммы, которые имеют ключевое значение для государств. Гораздо важнее, что 15 тысяч пакистанцев живут здесь и могут показать кыргызским братьям и сестрам, какие мы на самом деле люди, каковы наши традиции и как мы отмечаем праздники.
Это живой культурный обмен. Сегодня здесь одни люди, а завтра — другие. Появляются друзья, связи и семьи. Я знаю, что некоторые пакистанцы уже женились в Кыргызстане.
— Есть ли статистика о таких браках?
— Точной статистики нет, но я знаю примерно 12–13 случаев. У них уже есть дети, и они обосновались здесь.
Некоторые из них начали работать в университетах, где учились, в качестве преподавателей или в административных должностях. Также есть врачи, около 30–40 человек, которые остались после учебы. Но большинство, конечно, возвращается домой.
— Ожидается ли дальнейший рост числа приезжающих?
— Это зависит от того, будет ли продолжаться экономический рост Кыргызстана. В ближайшее время запланированы крупные строительные проекты, и если они будут реализованы, потребность в рабочей силе вырастет. То же касается текстильной отрасли. Растет экономика — растет потребность в иностранных работниках.
— Как складываются отношения пакистанцев с местным населением? Есть ли жалобы?
— Практически нет. На недавней встрече с заместителем министра внутренних дел я специально задал этот вопрос. Он сказал: «Господин посол, ни одной жалобы от кыргызстанцев на пакистанцев не поступало».
Все жалобы, если они возникают, касаются лишь самой пакистанской общины. Да, был инцидент в мае 2024 года между студентами, но позже выяснилось, что пакистанцы к этому не имели отношения. Сейчас они живут мирно. За два месяца моего пребывания в Бишкеке я не слышал ни о каких проблемах между пакистанцами и кыргызами.
— Насколько трудно кыргызстанцам получить визу в Пакистан?
— Мы стараемся оформлять визу в течение 2–3 часов. У нас простая онлайн-система: достаточно заполнить анкету, и приходить не нужно.
Если возникнут вопросы или несоответствия в документах, мы пригласим на интервью. В 95 процентах случаев все проходит без проблем.
Для пакистанцев же получение визы в Кыргызстан занимает минимум пять дней.
— Были ли жалобы от предпринимателей о том, что пакистанцы покидают работу без предупреждения?
— Я не сталкивался с такими случаями. Слышал, что некоторые предприниматели удерживают паспорта иностранных работников. Хочу подчеркнуть: это незаконно.
Если условия труда хорошие, пакистанец не будет уходить с работы. К нам редко обращаются с проблемами утери паспорта.
— Каков товарооборот между Пакистаном и Кыргызстаном?
— По данным Пакистана — около $5 миллионов в год. По данным Кыргызстана — примерно $15 миллионов. Я склонен больше доверять цифрам из Кыргызстана.
Ситуация осложняется тем, что часть товаров формально оформляется как экспорт в Афганистан из-за нулевых пошлин, а затем поступает в центральноазиатские страны. В документах это выглядит иначе, чем в реальности.
Но даже $15 миллионов — это не та сумма, которой можно гордиться.
— Какие товары сегодня экспортируются в Кыргызстан и из Кыргызстана в Пакистан?
— Согласно кыргызским данным, из этих $15 миллионов товарооборота $13 миллионов — это экспорт из Пакистана в Кыргызстан, а всего $2 миллиона — это экспорт Кыргызстана в Пакистан.
Из Пакистана, как правило, поставляются фрукты, текстильные изделия, фармацевтика и медицинская продукция. Также начали поступать определенные хирургические наборы.
Из Кыргызстана экспортируется в основном кожа животных.
— После визита президента Садыра Жапарова в Пакистан стороны заявили о намерении довести товарооборот до $200 миллионов. Реально ли это?
— Более 20 лет ни один глава государства Кыргызстана не посещал Пакистан. В этом контексте визит президента Садыра Жапарова, состоявшийся 3–4 декабря прошлого года, был уникальным. Как говорится, лучше поздно, чем никогда, начать сотрудничество. Мы рады, что такой визит состоялся. Наши лидеры согласовали цель — повысить товарооборот до более чем $200 миллионов в течение двух лет.
Некоторые могут считать это мечтой, но я уверяю, что это вполне реально, если будет политическая воля и конкретные поручения для ответственных органов.
Я всегда говорю пакистанцам: Кыргызстан — это ворота в Центральную Азию. Поэтому не стоит ограничиваться лишь численностью населения в 7 или 8 миллионов, из которых 2 миллиона работают в России, и сравнивать это, например, с Лахором, где проживает 15 миллионов. Многие могут задаться вопросом, зачем осваивать такой маленький рынок?
Важно помнить, что Кыргызстан является членом Евразийского экономического союза. Поэтому на Кыргызстан стоит смотреть как на ворота не только в Центральную Азию, но и шире. Через него открывается рынок примерно на 200 миллионов человек.
Существуют товары, которые есть в Кыргызстане, но отсутствуют в Пакистане, и наоборот. Я могу привести в пример мед. Он есть и у вас, и у нас, но потенциал торговли медом огромен. У вас здесь представлены семь сортов меда, в Пакистане — пять. Однако из этих пяти существуют два сорта, которых нет у вас. У вас есть четыре сорта, которых нет в Пакистане, особенно белый горный мед. Каждый пакистанец, который хоть раз его попробовал, влюбляется в него и просит: «Найди мне еще, пришли!»
— Как обстоят дела с логистикой?
— Дорога прямая, что упрощает логистику. Я однажды ехал из Исламабада в Бишкек десять дней, включая время на отдых и погодные условия. На самом деле, за 6–7 дней можно добраться.
Кроме того, 4 декабря между правительствами был подписан меморандум, который открывает доступ Кыргызстану ко всем морским портам Пакистана — Карачи, Касым и Гвадар. Это выход к Арабскому морю и Индийскому океану.
Этим должны воспользоваться бизнесмены. Государства создают необходимые правовые и нормативные условия, а правильно использовать их — это задача частного сектора. Бизнесменам просто нужно информировать друг друга.
— Существуют ли прямые авиарейсы?
— Да, каждую неделю выполняется рейс Бишкек — Лахор и раз в две недели Бишкек — Исламабад. В декабре было получено разрешение на открытие рейса Бишкек — Карачи, что будет весьма выгодно для бизнеса.
Карачи — это крупный город с населением около 30 миллионов, и такое сотрудничество будет выгодным. В целом население Пакистана составляет 250 миллионов.
— По данным Википедии, в Пакистане проживают около 6 тысяч этнических кыргызов, преимущественно в районе Читрала и Гилгит-Балтистана. Насколько эти данные достоверны?
— Думаю, да. Но точно сказать трудно. Если люди не используют кыргызские фамилии, установить их происхождение становится сложнее.
Пакистан — многоэтническая страна, и у нас не принято, чтобы кто-то жил обособленно. Через пару поколений люди ассимилируются.
При общении с пакистанскими студентами в Кыргызстане я всегда спрашиваю: вы выучили кыргызский язык? Они отвечают: нет. Русский? Тоже нет. Я спрашиваю, почему, и они говорят, что обучение идет на английском. Но учеба занимает всего 5–6 часов в день, а остальные 18 часов ты проводишь среди людей.
Я говорю им: да, я посол Пакистана, но вы тоже все послы. Люди будут судить о Пакистане по вам. Общение — это важно. Язык — это не просто слова, это культура, литература, образ жизни и другой взгляд на мир.
Существует русская пословица: «Сколько языков ты знаешь, столько жизней ты живешь». И это действительно так.
— Как вы сами выучили русский язык?
— При поступлении на службу в МИД мы обязаны изучать один иностранный язык, кроме английского. Английский у нас не считается иностранным, это наследие британского колониального периода. Английский язык знает практически каждый в Пакистане. Я выбрал русский.
Я учился год в Москве при МГУ, затем работал четыре года в Таджикистане, а потом в Ташкенте в структуре ШОС. В Бишкеке я бывал 10–15 раз до назначения. Мои знакомые шутят: «Ты центральноазиатский парень с пакистанским паспортом».
— В заключение, каков, по вашему мнению, туристический потенциал Кыргызстана для пакистанцев?
— Огромный. Даже один Иссык-Куль предлагает колоссальные возможности. У вас настоящая природа, не искусственная. Высокие, но доступные горы. Полчаса — и ты уже на месте.
Но необходимо быть очень осторожными. Главное — не навредить экологии. Если все застроить курортами, эффект потеряется. Но это уже мнение иностранца, который искренне восхищается вашей страной.
Читайте также:
