Бойся даров приносящих

Бойся даров приносящихНа заседании Жогорку Кенеша, когда законодатели рассматривали ситуацию с внешним долгом, представители одной из фракций озвучили вывод: крупнейший кредитор Кыргызстана — Китай заставил нашу страну отказаться от суверенного иммунитета в судах.

Кредитор или инвестор

Такое заявление сделала депутат Аида Исмаилова и при этом привела конкретные цифры. По её словам, долг перед «ЭксимБанком» КНР составляет 1 млрд 444 млн долларов. Если учесть, что сумма всего внешнего долга страны недавно перевалила за отметку в 4 млрд, то ситуация говорит сама за себя.
Для большей убедительности привела парламентарий и другие цифры. Азиатскому банку развития республика должна 576 млн долларов, Всемирному банку — 636 млн, Японии — 262 млн. Часть задолженностей перед Россией была списана.

— В отличие от традиционных многосторонних доноров, Китай ставит более жёсткие финансовые условия. Я подняла некоторые соглашения, и во всех есть норма, которая звучит следующим образом: «Заёмщик настоящим безоговорочно отказывается от какого-либо иммунитета на основании суверенного иммунитета или по какой-либо иной причине для себя или своего имущества в связи с любыми арбитражными разбирательствами». То есть получается, что в случае каких-либо судебных разбирательств мы уже сами отказались от возможности бороться и отдадим Китаю то, что он посчитает необходимым? — поинтересовалась Аида Исмаилова, а после сама же добавила, что подобных пунктов нет ни в одном из кредитных соглашений КР с другими многосторонними донорами.

Почти такого же мнения придерживается и ряд экспертов, и прежде всего просят не путать кредиты и инвестиции.

— Это не совсем так. Есть поговорка «Дарёному коню в зубы не смотрят». А может стоило бы? В противовес я бы и другую привёл — «Бесплатный сыр только в мышеловке». Например, на реконструкцию ТЭЦ или постройку дороги Кыргызстан занимал деньги на определённых условиях, то есть это были кредиты. Инвестиции в моём понимании — это когда приходит бизнесмен или какая-то структура, вкладывает деньги, несёт риски и получает прибыль. В данном случае мне хотелось бы знать, на какие риски идёт китайская сторона? Она выделила Кыргызстану кредиты, пусть и льготные, и взамен получила самое ценное, что есть у республики — это часть суверенитета, то есть кредиты идут под государственные гарантии. Прежде всего поясню, что нормальный инвестор будет вкладывать средства только в рентабельные объекты, в противном случае возникает вопрос, как он не только вернёт свои деньги, но и получит прибыль? Возьмём, к примеру, ТЭЦ Бишкека. На первый взгляд, когда заявляли о начале реконструкции, обозначили вроде бы благородную цель — это энергетическая независимость. Не исключено, что может так оно и есть, но есть два нюанса. Во-первых, ТЭЦ до сих пор остаётся в разряде убыточных объектов, соответственно ни о каком покрытии кредитов не может быть и речи. Следовательно, погашать долги придётся из других статей государственного бюджета. То есть, по сути, за счёт налогоплательщиков. Во-вторых, так как с самого начала не был решён вопрос с логистикой по поставке угля на ТЭЦ, то в настоящий момент он пока обходится дороже, чем казахстанский. Кроме всего прочего известно, что уголь с месторождения Кара-Кече имеет более высокую зольность, а золу надо куда-то девать, да и выбросов в окружающую среду гораздо больше, чем от сжигания газа. Причём, как известно, новые котлы больше ориентированы на выработку электричества, а не тепловой энергии, к тому же не учитывается экологический аспект для населения Бишкека и Чуйской долины, — пояснил Кубатбек Рахимов, председатель комитета Торгово-промышленной палаты (ТПП) КР по вопросам промышленной политики, экспорта, инфраструктуры и ГЧП.

По словам эксперта, тепло и горячую воду в дома бишкекчан будут вырабатывать пока старые котлы, работающие на казахском угле и узбекском газе, поставляемом ныне «Газпромом».

Яблоки в чужом саду

Итак, ТЭЦ убыточная, а китайская сторона всё же отважилась одолжить на её модернизацию немалые средства — 386 млн долларов. Странно, что Поднебесную не особо волнуют вопросы: вернутся ли эти деньги и когда? Ведь действующая на сегодня тарифная политика расплатиться по займу не позволяет.

Между тем в самом Китае по странному совпадению от угольной генерации отказываются. К концу следующего года четыре угольных электростанции, которые расположены в Пекине, тоже планируется вывести из эксплуатации. Данное решение власти Китая связывают с проблемами экологии в китайской столице.
Кыргызстанцев же убеждают, что такие станции нужны с точки зрения экономической безопасности. Хотя сами экономисты считают, что, обретя её, республика попадает в финансовую кабалу.

Итак, что же из себя представляют китайские кредиты и почему они так легко пришли в республику? Надо сказать, что до недавнего времени Кыргызстан имел достаточно сбалансированную схему работы с международными финансовыми институтами — Всемирным банком (ВБ), Европейским банком реконструкции и развития (ЕБРР) и другими. Так вот, эти организации прежде чем направить средства на реализацию какого-либо проекта, тщательно его прорабатывали и сами смотрели, чтобы Кыргызстан смог погасить займ. И не залезал в долги, которые не сможет вернуть. Как это не парадоксально звучит, но в данном случае получается, что кредитор сам же бережёт дебитора от необдуманных шагов.

Конечно, были и двусторонние кредиты по линии стратегических союзников, но такие долги либо были пролонгированы, либо, как в случае с Российской Федерацией, большую часть их списывали.

Так в чём же опасность дешёвого китайского кредита? Специалисты Поднебесной разобрались в структуре внешнего долга Кыргызстана, поняли, что респуб­лика ещё может занимать, предложили условия, которые устраивали обе страны. Начало положили гранты. На первый взгляд, вроде бы ничего страшного. Ну, подарили деньги и даже не спрашивают куда и как их потратили. Вопрос только как дарят, в какой форме и, главное, за что? Вряд ли в Кыргызстане сегодня кто-то сможет ответить на него.

Возращение в Поднебесную

Кроме реконструкции ТЭЦ, за счёт китайских грантов в Кыргызстане активно строят и ремонтируют автомагистрали. Не так давно завершено возведение высоковольтной линии Датка. Так вот при реализации проектов прослеживается одна закономерность. Техника для строительства поставляется из Китая. Такая же ситуация с материалами и специалистами. Получается, что китайские деньги осваиваются самими же китайцами. Таким образом в какой-то степени в самой КНР решается проблема безработицы, и средства возвращаются в страну гораздо раньше срока, на который был выдан кредит. Кыргызстану же только предстоит рассчитываться по кредитам, которые и так уже вернулись в Китай, причём ещё и с процентами. Да и мультипликативный эффект в Кыргызстане тоже получается не очень высоким.

В качестве подтверждения написанному можно привести пример опять-таки с реконструкцией бишкекской ТЭЦ. Как уже говорилось выше, Китай у себя закрывает угольные станции. Возникает вопрос: куда отправить продукцию с тех предприятий, которые производили те же котлы, генераторы и так далее. Совершенно естественно, что надо искать страны, куда всё это можно будет пристроить. И тут по странному совпадению в соседних странах Кыргызстане и Таджикистане в реконструкции стали нуждаться ТЭЦ. Удивительным образом совпадает, что для этого процесса подходит именно китайское оборудование. Причём смонтировать его смогут только инженеры из Поднебесной и никто другой.

Конечно, никто не собирается упрекать китайскую сторону в некачественно выполненной работе. Просто речь идёт о серии странных совпадений и о настораживающих условиях кредитных соглашений.

Ещё одна немаловажная деталь. Долгое время, пока шла реконструкция ТЭЦ, деньги больше вкладывались в инфраструктуру. Может потому, что здесь очень длинные сроки окупаемости и легко спрятать какие-то недочёты. Ведь качество её строительства или ремонта особо не проверишь. Также может быть охотнее финансировалось это направление ещё и потому, что инфраструктура, как бы то ни было, принадлежит государству, и ответственность за её состояние легко переложить на местные власти.

Есть в экономике такое понятие, как инвестиционно-электоральный цикл. Это когда люди, принявшие решение о займе, уйдут раньше, чем долги будут погашены. Придут другие, с которых просто невозможно будет спросить куда, как и насколько эффективно были истрачены заёмные средства. Да и не было в Кыргызстане ещё такого прецедента. Чтобы кто-то понёс реальную ответственность за нерационально использованные кредитные средства.
Остаётся добавить, что ситуация с зай­мами на настоящий момент у Кыргызстана складывается непросто. Кредитный лимит страны практически исчерпан. Расплачиваться же по займам придётся грядущему поколению.

Людмила Беседина


А как у них?

Россия

— В случае с Российской Федерацией китайские партнёры в настоящий момент используют собственные привлекательные условия кредитования и инвес­тирования не только в качестве «мягкой силы», но и для достижения поставленных предварительно перед собой основных геополитических задач. По своей сути, китайская сторона во внешней политике добивается своих основных целей на добровольных началах, ведь их партнёры сами заинтересованы в таком исходе событий. Именно поэтому за счёт кредитов из КНР российская экономика не сможет сделать существенный скачок вперёд. Именно китайские компании и сам Пекин будут получать значительную прибыль за счёт проектов, которые попросту располагаются в соседнем государстве. При этом всём, инвестиционный климат в РФ будет выглядеть довольно привлекательно в теории, а на практике дела будут практически стоять на месте, ведь прибыль не будет достаточно быстро увеличиваться, — считает доктор экономических наук, директор объединения «Биржевой лидер» Олег Ланданов.

Казахстан

— Кредит Китая будет неразрывно связан с расширением присутствия Китая в нефтегазовом секторе Казахстана либо в других секторах, а скорее всего и во всех стратегически важных сферах национальной экономики. Не превратимся ли мы со временем в какую-то одну из китайских провинций, если утрировать немножко то, что сейчас происходит. Казахстан, как государство с небольшой экономикой, к тому же будучи ближайшим соседом Китая, должен проявлять очень большую осторожность, принимая вот такие «дары». Может быть, какие-то временные проблемы 10 млрд долларов решат. А чем они обернутся в долгосрочной перспективе, мы однозначно сказать не можем. Не окажется ли это для Казахстана «сыром в китайской мышеловке»?! — считает директор Центра анализа общественных проблем Меруерт Махмутова.