Что стоит за созданием Малороссии

Что стоит за созданием МалороссииЗаявление главы ДНР Александра Захарченко об образовании Малороссии, безусловно, в первую очередь – пиар-ход. Он призван привлечь внимание к войне между нынешней Украиной и восставшими против национал-фашистов Киева республиками Донбасса. Но эта война является элементом глобального противостояния, когда супердержавы отстаивают свои интересы не лично, а опосредованно. Что ж, внимание привлечь удалось. Но что дальше?

Соглашение-труп

Уже ясно, что выполнять «Минск-2» никто не собирается. В первую очередь это не нужно Киеву, но и республикам Донбасса тоже. Да и положа руку на сердце ни Москве, ни Берлину с Парижем, ни Вашингтону это точно так же не нужно, пусть и по разным причинам. И все стороны понимают, что «Минск-2» – не более чем живой труп, кажущееся живым, но мёртвое, противоестественное создание. Все заявляют о «приверженности» этим соглашениям только в надежде, что кто-то выйдет из них первым, положив начало признанию очевидного факта. Того, что республики никогда не вернутся в состав Украины.

Альтернативная «Новороссия-лайт»

И с этой точки зрения идея Малороссии – весьма неплоха. Должна же быть какая-то альтернатива? По сути, Малороссия – не более чем озвучивание изначальных идей о том, каким может быть будущее территории бывшей УССР. То есть федеративного или конфедеративного образования с высокой автономностью регионов, не входящего в какие-то блоки и дружественного РФ. Но с новыми идеями вроде отказа от столицы в Киеве и переноса её в Донецк, нового названия, использованного явно с целью быть ближе к жителям центральной Украины и нового флага.

Точнее, старого – флага гетмана Богдана Хмельницкого. Конечно, флаг с современной точки зрения выглядит устарелым и геральдически абсурдным. На нём присутствуют «скользкие» моменты вроде православного креста, попирающего полумесяц, или шестиконечных звёзд.

С этой точки зрения существующий флаг Новороссии куда красивее, осмысленнее и современнее. Но дело, понятно, не во флаге, а в том, что мирно реформировать Украину не получается. Это значит, что озвученные в Донецке декларации адресовались кому-то другому. Кому же? И как понимать то, что деятели из Луганска и даже ряд персонажей из самого Донецка эту инициативу не поддержали. А Кремль высказался сначала в том плане, что всё «надо осмыслить и обдумать», а потом, что это было «инициативное предложение» только главы ДНР.

Большая игра

Вокруг Украины идёт большая игра, и в ней каждая из сторон разыгрывает свои козыри так, как хочет, и в том порядке, в каком считает нужным. Берлин, к примеру, делает туманные заявления о постепенном снятии санкций, если Москва будет выполнять Минские соглашения. Хотя Россия не является стороной соглашений и что она должна выполнять, непонятно.

Также непонятно, с чего вдруг в Берлине решили, что в Москве правят легковерные идиоты? Через Вашингтон вбрасываются сигналы о поставке оборонительных вооружений армии Украины. Будто пресловутые ПТРК «ТОУ-2» и «Джавелин» могут что-то кардинально изменить. К тому же через несколько месяцев после начала такой поставки в 1-м и 2-м армейских корпусах республик «случайно» найдутся средства противодействия этому распиаренному оружию.

Через киевских деятелей вбрасываются различные сигналы то о плане деоккупации, то о военном решении вопроса. Затем идёт какое-то жалкое нытьё типа «вы вот выведите свои войска (которых мы не нашли, но знаем, что есть), а мы тогда быстро восстановим свой контроль над Донбассом». Или «РФ должна дать гарантии невмешательства, а мы тогда быстро проведём операцию». Эти идеи родились явно в Киеве – в Вашингтоне или Берлине ещё не отупели настолько. Прямо-таки святая простота, апофеоз местечковой хитринки – вы пообещайте, что, когда мы будем резать русских, вы не будете вмешиваться!

В ответ Москва, с одной стороны, показывает, что пока официально придерживается духа «минских бумажек». Говорит, что не имеет полного влияния на Донецк и Луганск. Они, мол, даже идеи выдвигают без нашего ведома. Поэтому договаривайтесь с ними самими. На это ни Киев, ни Запад пойти не могут, так как не признают ни ДНР, ни ЛНР.

С другой стороны, Захарченко якобы полностью сам, без согласований с определёнными покровительствующими кругами, выдвигает новую идею – Малороссию. Наверняка через него или его окружение лишь вбрасывается идея. Своеобразие же послания «партнёрам» таково: «Минск‐2» нам надоел, ибо он мёртв. Возможны повышение ставок и смена правил игры». При этом несогласованность заявлений Донецка и Луганска может быть реальной.

Скажем, в новой структуре руководству ЛНР или не представили место, или оно недостаточно высоко, что и вызвало отторжение. А могут быть и наигранными, чем-то вроде игры в хорошего и плохого следователей. И Захарченко, и Плотницкий – люди, конечно, достаточно самостоятельные, но в ключевых вопросах не будут действовать без оглядки на Москву.

Но и Кремль открыто новую идею поддержать не может. В своё время и о вхождении Крыма в состав России «речи не шло», и референдумы на Донбассе тоже «просили отложить», и «территориальную целостность» Украины тоже Россия официально поддерживала.

Но если посмотреть на их законодательство и прочие определяющие документы, на уставы местных силовых структур, их форму и, наконец, используемую в республиках валюту? Куда они движутся? В Россию или Украину? Ответ очевиден для любого, кто будет смотреть на реальность, а не на «околоминскую» трескотню. Хотя есть ещё один вариант – создание государства, похожего на Россию, но на территории бывшей Украины. Его и озвучили в Донецке. Будет ли эта идея жизнеспособной – сказать сложно. В любом случае есть разные варианты развития ситуации. Но все они, к сожалению, невозможны без военного решения.

Военный клинч

В военном плане ситуация на Донбассе такова, что ни ВСУ не может одолеть республики, ни наоборот. Армия Украины формально насчитывает до 250 тыс. человек, но реальный состав куда меньше списочного. Даже на фронте не редкость взводы и роты половинного состава. У республик тоже есть свои проблемы и с текучкой кадров, и с комплектностью, но менее ярко выраженные.

При всей этой численности на фронте у ВСУ никогда не было более 60–65 тыс. бойцов. А недавно министр обороны Полторак и вовсе удивил, заявив, что Украина держит на «восточном фронте» только 35 тыс. человек. Если он не соврал (а мог), даже если учесть подразделения нацгвардии и прочих структур, превосходства на фронте у них нет. У республик под ружьём в армии порядка 35–40 тысяч. Но если соврал, то численность, скажем, в 65 тыс., никакого основания для успешного блицкрига не даёт, даже при невмешательстве РФ.

Локальные успехи в теории возможны. Но точно так же они возможны и у республик. Скажем, отбить у «укропов» какие-то населённые пункты вполне реально. Нанести решительное поражение – вряд ли. Разве что «герои АТО» совсем разложатся и откажутся воевать.

К тому же у республик нет авиации. У армии Украины кое-какая имеется, но летать она боится. В Киеве прекрасно понимают, что получат очередной «самолётопад». Это в лучшем случае, а в худшем – могут быть наказаны Россией напрямую, за нарушение того же «Минска‐2», запрещающего использование
авиации. Например, ударами крылатых ракет по аэродромам.

В общем, особых перспектив «укропы» не имеют. Но и республики силовой вариант создания Новороссии или Малороссии одни не потянут. Зато в Киеве прекрасно понимают, что Россия не допустит ни военного поражения республик, ни очередного массового геноцида в стиле «кровавого лета – 2014». В Киеве видят группировки армии России в Западном военном округе (ЗВО) и Южном военном округе (ЮВО) и смутно понимают свои перспективы. Но договариваться с республиками и как-то меняться не желают. Даже пинки Вашингтона на них не очень подействуют.

Аргумент под знаменитым именем

В составе Сухопутных войск РФ сейчас 12 армий и 2 корпуса. Ещё 2 корпуса формально входят в состав Береговых войск ВМФ, но по сути это те же сухопутные силы. Новейшей по времени формирования (этим летом) является 8-я гвардейская армия ЮВО – наследница и 8-го армейского корпуса, сражавшегося в первую чеченскую, и одноимённой армии Группы советских войск в Германии (ГСВГ). В своё время под командованием легендарного Василия Чуйкова она прошла от руин Сталинграда до руин Берлина. В настоящее время в её составе формируются все нужные бригады армейского комплекта – зенитно-ракетная, ракетная, артиллерийская, управления, разведывательная, реактивно-артиллерийский полк и всё прочее. Армию укрепляют опытными военачальниками, с опытом боевых действий. В её состав из боевых, а не обеспечивающих соединений пока входит только возрождённая недавно и доформируемая 150-я Идрицко-Берлинская мотострелковая дивизия (МСД). Та самая, чей штурмовой флаг над рейхстагом был позже признан Знаменем Победы. Её штаб ныне находится в Новочеркасске. Дивизию возродили именно сейчас и именно в этом месте не просто так. Надо сказать, что её усиленно накачивают современным вооружением. Она одной из первых получила новые Т‐72Б3М образца 2016 года с усиленной защитой, впервые показанные на недавних парадах. Туда из состава ряда бригад ЮВО и даже из состава 2-й гв. Таманской МСД 1-й гв. танковой армии передано немалое количество танков Т-90А. Из ряда бригад переданы БМП-3, поставляются новые БМП-3М с новыми прицелами, новые 152-мм САУ и многое другое. Появятся там и только недавно созданные сверхдальнобойные 152-мм САУ «Коалиция». В сформированной дивизии будет 1 танковый и 3 мотострелковых полка, артиллерийский, зенитно-ракетный, другие полки и прочие подразделения. Всего до 15 тысяч «штыков», порядка 200 танков, до 500 БМП и БТР, сотни единиц САУ, РСЗО и миномётов. Спрашивается – для чего всё это? Ответ очевиден и определяется дислокацией этого самого «аргумента». В случае очередного приступа у киевских деятелей и попытки устроить «набег» на республики Донбасса отлично оснащённой 150-й МСД может оказаться достаточно, чтобы объяснить, что к чему. По сути, это первый, но не единственный меч, который Россия может бросить на чашу весов.

Ярослав ВЯТКИН,
военный обозреватель «АН»