По налогам и по сборам

По налогам и по сборамПрошло чуть больше месяца как в Государственной службе по борьбе с экономическими преступлениями (ГСБЭП) поменялось почти всё руководство. Что нового предложит эта структура бизнесу, а также как будет строить отношения с другими правоохранительными органами Кыргызстана, рассказал корреспонденту «Аргументы недели. Кыргызстан» глава ГСБЭП Замирбек Осмонов.

— Замирбек Бабакулович, в связи с реформой правоохранительных органов Государственной службе по борьбе с экономическими преступлениями значительно добавили функций. Будут ли в связи с этим увеличены полномочия Ваших сотрудников, или Вы считаете, что на сегодняшний день их вполне хватает?

— Прежде всего я хотел бы сказать, что наша служба не будет выполнять функции карательного органа, а больше станет уделять внимания защите предпринимателей. Я на днях встречался с представителями бизнес-сообществ, чтобы через них довести эту нашу позицию до всех остальных. Из МВД, прокуратуры и органов Государственного комитета национальной безопасности нам переданы функции по проведению оперативно-следственных мероприятий по правонарушению в экономическом секторе. Служба новая, функции и руководство тоже. Поэтому совершенно нормально, что люди хотят знать, чего от нас ждать. Я обратился в Ассоциацию молодых предпринимателей с просьбой организовать встречу с представителями деловых кругов. Немного расскажу о сути нашей работы. Она не должна дублироваться, и правоохранительные органы не должны дублировать друг друга и контролировать без конца работу бизнеса. Конечно, правонарушения в сфере экономики были, есть и будут. Чтобы отслеживать ситуацию, и был определён единый орган — наша служба. Я не рассматриваю увеличение наших функций для какого-то манёвра, а больше расцениваю это как высокую ответственность. В последнее время интерес к нашей службе возрос, при этом он почему-то сопровождается нездоровым ажиотажем.

— И в чём, на Ваш взгляд, причина такого нездорового внимания?

— Причин тому несколько. И главная из них, как я полагаю, заключается в недостаточной открытости ГСБЭП для общественности. Понятно, есть тайны следствия, какие-то оперативные секреты, но это не повод изолироваться. Вот этот стереотип мы хотим сломать в первую очередь. Люди должны знать, что мы открыты для общества. Да и чего греха таить, был и у наших сотрудников нездоровый интерес к бизнесу. Однако прежде чем говорить о других ведомствах, я начал перезагрузку своего.

— Не могли бы Вы сказать, что конкретно поменяется в вашей работе? Или всё ограничится лишь кадровыми перестановками?

— Во-первых, мной уже издано два директивных документа, согласно которым сотрудникам нашего ведомства запрещается проверять бизнесменов по анонимным сообщениям и обращениям, приостанавливать производственную деятельность предпринимателей, а также использовать силы и средства сил специального назначения, за исключением случаев, когда есть реальная угроза нашим сотрудникам. Например, в Кыргызстане законом запрещена организация казино. Однако есть факты, что игорный бизнес ушёл, скажем так, на нелегальное положение. Служба безопасности у них очень сильная, а бывает и вооружённая, она может оказать серьёзное сопротивление. Конечно, в таких случаях применение сил спецназа не просто обосновано, но и необходимо. Самое главное, в нашей работе будет соблюдение этики госслужащих и норм законодательства, исключение фактов незаконных и необоснованных проверок. За исполнение данных требований персональную ответственность будут нести начальники подразделений.

Во-вторых, будут меняться критерии оценки работы наших сотрудников. Если раньше задачи ставились по непонятной погоне за цифрами, то есть увеличение показателей оперативно-служебной деятельности по сравнению с предыдущими годами, то сейчас мы переходим на качественную составляющую. То есть, от карательных и репрессивных методов к партнёрским отношениям с, и я особо это подчёркиваю, добросовестными предпринимателями. От борьбы с последствиями и действиями постфактум к профилактическим мерам. Во главу угла будут ставиться мероприятия по профилактическим мероприятиям, по демонтажу серых схем в экономике, коррупции и так далее.

В-третьих, мы намерены построить нашу работы таким образом, чтобы исключить случаи неправомерных действий именно наших сотрудников в отношении субъектов бизнеса и граждан. И в первую очередь я потребовал от сотрудников службы собственной безопасности подходить к исполнению своих обязанностей беспристрастно.

— Планы грандиозные, но каждый кыргызстанец знает, что в республике есть фирмы неприкасаемые, на которые не распространяется законодательство, которым покровительствуют высокопоставленные чиновники. Хватит ли у Вас политической воли противостоять «телефонному праву»?

— Вполне. Я не сам себя назначил на эту должность, а руководство страны, и отчитываться я буду перед ним. Говоря о неприкасаемых фирмах, Вы вероятнее всего имели в виду теневую экономику. Да, её уровень в Кыргызстане ещё очень высок. Вывод бизнеса из нелегального положения — процесс очень долгий и трудный. Анализ результатов за 2016 год показал, что работа нашей службы была явно недостаточной в этом направлении.





— На основании чего Вы сделали такие выводы?

— Одна из причин, как я уже говорил, это недостаточный профессиональный уровень наших сотрудников. Второе — отсутствие надлежащего контроля за исполнительской дисциплиной, различного рода злоупотребление служебными полномочиями. Третья причина — слабая материально-техническая база и устаревшая методология борьбы именно с экономической преступностью в современных условиях, а также отсутствие мотивационной составляющей и нормальных условий для работы сотрудников. Эти и другие недостатки не позволяют в полном объёме обеспечивать экономическую безопасность страны, защищать права, интересы и собственность граждан и бизнес-сообществ, искоренить неправомерные действия сотрудников органов финансовой полиции.

— И всё же многие эксперты в области работы правоохранительных органов считают, что сосредоточение усилий по борьбе с экономическими преступлениями в одном органе породит ещё большую коррупцию из-за отсутствия конкурентности. Вы так не считаете?

— Нет. Я полагаю, что решение о подобной реформе было правильным. Ведь теперь у руководства страны есть чёткое понятие с кого спрашивать? А то получалось, что все борются с экономическими преступлениями, а конкретных результатов нет. Зато на содержание самих органов тратились огромные суммы из бюджета. Мы же сейчас будем сосредотачивать наши усилия на сокращении объёмов теневой экономики.

— Также в вину ГСБЭП ставилось отсутствие раскрытия резонансных уголовных дел. Или может быть таковых не было?

— Я всего месяц нахожусь в должности, но знаю, что раскрытия были, и довольно серьёзные. Например, расследовалось дело по ремонту больницы. Средства на эти цели были выделены из бюджета, предполагались не только реставрационные работы, но и строительство нового корпуса. Работы должны были завершиться ещё в 2015 году. Сейчас 2017-й. Толком ничего не сделано, больница переполнена. Пациенты лежат в коридорах. Вот буквально на днях сотрудниками ГСБЭП по Джумгальскому и Кочкорскому районам Нарынской области при проведении оперативно-розыскных мероприятий выявлен факт уклонения от уплаты налогов в особо крупном размере со стороны ОсОО «Нарктоо» на общую сумму 1,716 млн сомов. По данному факту возбуждено уголовное дело. В Оше также зафиксировано уклонение физического лица от уплаты налогов в особо крупном размере. Оперативники установили, что гражданин продал коммерческий объект недвижимости за 24 млн сомов, при этом в УГНС по г. Ошу не предоставил единую налоговую декларацию с отражением данной сделки. Назначенной налоговой проверкой доначислено налогов на сумму 2 млн сомов.

С фактами сокрытия и лжепредпринимательством мы будем бороться жёстко. В результате усиления налогового контроля теневой сектор в экономике имеет тенденцию к сокращению. За 9 месяцев 2016 года проведено более 7 000 налоговых проверок. По их результатам в бюджет дополнительно начислено заниженных налогов в размере 4 млрд 134,2 млн сомов, что по сравнению с аналогичным периодом 2015 года больше на 1 млрд 613,1 млн сомов. Поступление средств по материалам налоговых проверок составило почти 2 млрд сомов.

— Парламентарии рассматривают введение в Кыргызстане налоговых судов. На Ваш взгляд, нужны ли нам такие институты, или же суды общей юрисдикции прекрасно справляются с рассмотрением уголовных дел экономической направленности?

— Безусловно, такой институт нам нужен. Ведь не секрет, что дела о взыскании той же налоговой задолженности в судах рассматриваются годами. Я уже не говорю о взыскании ущерба. На мой взгляд, именно налоговый суд вполне сможет рассмотреть такие материалы более оперативно, а следовательно, появится возможность взыскать недоплаченные налоги, пени, штрафы.

Людмила БЕСЕДИНА


Кстати

Сотрудники управления Государственной службы по борьбе с экономическими преступлениями по городу Бишкеку совместно с сотрудниками прокуратуры города Бишкека и УВД Ленинского района в рамках возбуждённого уголовного дела 14 февраля 2017 года примерно в 9 часов 20 минут зафиксировали погрузку трёх туш КРС в грузовую автомашину, которая затем проследовала в с. Ново-Павловка, передаёт пресс-служба ГСБЭП.
Примерно в 9 часов 50 минут была осуществлена доставка туш в один из колбасных цехов. Согласно акту ветврача, мясная продукция имеет характерные признаки мертвечины.
14 февраля 2017 года сотрудниками УГСБЭП по г. Бишкеку в служебном кабинете оперуполномоченного УГСБЭП при даче взятки-вознаграждения в сумме 30 000 сомов за возврат изъятых туш КРС и положительное решение в его пользу был задержан гражданин И. Т.
Ранее, 19 декабря 2016 года, депутат Жогорку Кенеша Алмасбек Акматов («Бир Бол») сказал, что на Ошском рынке продают мясо мёртвых животных.
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: