Дом без фундамента

Органы правопорядка Кыргызстана готовятся работать в новых условиях. К диалогу на тему о плюсах и минусах перестановки в силовых структурах газета «Аргументы недели. Кыргызстан» решила пригласить генерал-лейтенанта милиции, бывшего министра внутренних дел КР, экс-прокурора города Бишкека Омурбека Кутуева.

— Омурбек Алымбекович, правоохранительные структуры на пути очередной перестройки, и на этот раз она весьма глобальная. Опираясь на свой опыт работы, не могли бы Вы попытаться проанализировать насколько действенными будут такие реформы?

— По моему глубокому убеждению, слепо копировать опыт других стран в проведении каких-либо реформ нельзя. И потом, говоря о реформах, надо прежде всего понимать, что за этим словом стоит. Если, допустим, взять функции одной структуры и отдать их другой или поменять название ведомства, то от этого вряд ли что-то изменится. Смысл работы остаётся тот же, люди те же.

— Решение Совета обороны уже назвали историческим, однако многие эксперты считают его поспешным. Что настораживает Вас как профессионала и практика, ведь Вы долгое время руководили МВД, а после возглавляли прокуратуру города Бишкека?

— С некоторыми пунктами решения Совета обороны я вполне согласен, но другие у меня вызывают сомнения. Взять хотя бы передачу полномочий по расследованию всех уголовных дел, связанных с экономическими преступлениями, одной структуре — Государственной службе по борьбе с экономическими преступлениями (ГСЭП). Может я ошибаюсь, но за всё время существования этого ведомства я не слышал ни одного громкого уголовного дела, которое бы они раскрыли. Раньше хоть боялись, что если какое-то дело будет прикрыто, то об этом узнают в ГКНБ, где тоже было подразделение, отвечающее за экономическую безопасность, или в аналогичной службе в МВД. Обязательно у кого-нибудь возник бы вопрос: а почему то или иное дело закрыто или вообще не возбуждалось? А сейчас не будет и контроля над ситуацией. Словом, то, что предложено расследование всех экономических преступлений сосредоточить в одних руках, больше напоминает строительство дома без фундамента. Объясню почему. Откуда МВД берёт информацию? Её предоставляют участковые, патрульно-постовая служба и так далее. Словом, те сотрудники, которые работают, выражаясь милицейским термином, на земле. Они направляют сведения в нужные места

— Уголовному розыску, тому же УБЭП. Ну а теперь представьте, какой милиционер пойдёт со своей информацией в Госслужбу по борьбе с экономическими преступлениями? Своих же низовых подразделений у этой службы нет. Поэтому большая вероятность того, что многие преступления так и останутся нераскрытыми. Любой участковый знает на своём участке всё и всех, от и до: кто купил квартиру, машину, кто живёт «на его земле», чем занимается. Причём люди сами рассказывают ему обо всём. Сейчас много говорят о том, что население не доверяет милиции. Начальникам, может, и нет, а вот с участковым люди прекрасно ладят.

— Много споров относительно ликвидации Государственной службы по контролю наркотиков (ГСКН). Эту структуру уже один раз упраздняли и её функции передавали в МВД. Потом всё вернулось на круги своя. И вот снова тот же сценарий.

— То, что Совет обороны предложил ликвидировать ГСКН, с одной стороны правильно. Ситуация относительно борьбы с наркобизнесом действительно складывается неоднозначная. Вроде все борются, а конкретно никто. Я опять возвращаюсь к уже сказанному о работе участковых в этом направлении. Никто не знает о наркоманах, притонах, продавцах больше, чем они. И опять возникает вопрос: кому они понесут информацию? С большой долей вероятности скажу, что именно в МВД. Кроме того, если не ошибаюсь, аналогичная служба была ликвидирована в России, а ведь именно оттуда финансировалась деятельность нашей ГСКН.

Следствие ведут…

— Вы долгое время возглавляли прокуратуру города и знакомы с работой этой структуры. Что Вы думаете по поводу того, что ей оставили только надзорные функции и при этом лишили следственных?

— Прокуратура — это око государево, и главная её обязанность — следить за исполнением закона. А то получалось так, что следователи прокуратуры возбуждали уголовное дело, а коллега в соседнем кабинете надзирал за его исполнением. Проглядывалась некая заинтересованность прокурорских работников. Поэтому я считаю правильным то, что прокуратуре предлагают оставить только надзор.

— Стоит ли это понимать так, что в Кыргызстане будет создан следственный комитет, подобный российскому?

— Не вижу такой необходимости. Следственных подразделений достаточно в любой правоохранительной структуре. Другое дело, если эти функции будут усилены, тогда может быть эффект. В среднем в год регист­рируется около 15 тысяч прес­туп­лений. С учётом переходящих с прошлых лет — почти 30 тысяч. С таким количеством прекрасно справятся следователи на местах. Если же создадут следственный комитет, и к тому же как отдельную структуру, то на согласование различного рода бумаг будут уходить месяцы, а реальной работы мы не увидим. Мне могут возразить и привести пример работы Следственного комитета в России. Но такая же структура была создана в своё время в соседнем Казахстане, и она там не прижилась. Давайте представим такую картину — уголовное дело возбуждено в Таласе или Баткене, а для согласования каких-либо действий необходимо каждый раз приезжать в Бишкек? Создавать же региональные следственные подразделения — это накладно. Добавлю, что когда в Казахстане был создан следственный комитет и муниципальная милиция, то началась такая неразбериха и делёжка зданий и всего прочего... Больше времени уходило именно на решение бытовых вопросов.
Вообще у следствия на местах намного больше возможностей для расследования. Начальник РОВД, например, при необходимости может создать следственную группу, куда войдут оперативники уголовного розыска, того же ОБЭП, эксперты и так далее. Если же будет создан следственной комитет, кто даст своего участкового или оперативного сотрудника чужой структуре для раскрытия преступления?





Основной закон незыблем?

— Проверку хозяйственной деятельности предпринимателей хотят возложить на Счётную палату? Как Вы полагаете, насколько такая мера будет эффективна?

— На мой взгляд, с этим решением всё же поторопились. Правильнее было бы больше сосредоточиться на взаимодействии этой структуры с правоохранительными органами. Кроме того, прежде чем аудиторов наделять такими полномочиями, нужно внести изменения в законодательство. Это могут сделать только депутаты, но они, как вы знаете, сейчас на каникулах, а собираться на внеочередную сессию нет необходимости — у нас, слава Богу, не война и нет чрезвычайного положения. Кроме того, некоторые изменения в правоохранительном секторе можно внести только через поправки в Конституцию. А на изменение основного закона у нас действует мораторий.

— У депутатов были нарекания относительно системы исполнения наказаний, но как раз этой структуре уделили меньше всего внимания на заседании Совета обороны.

— Я и раньше говорил, и сейчас скажу, что паспортные столы и службу исполнения наказания необходимо вернуть в структуру МВД. Ведь в милиции было специальное подразделение, которое контролировало деятельность этой структуры. Если бы раньше у заключённого нашли сотовый телефон, это было бы ЧП. Сразу бы возбудили уголовное дело, и если выявлялось, что к этому происшествию причас­тен сотрудник службы исполнения наказания, то он нёс бы ответственность. А что творится в зонах сейчас? Криминальные авторитеты, даже если и сидят в тюрьме, имеют возможность руководить своими группировками прямо оттуда. В прошлом году, например, из одной колонии поступил заказ украсть уголовное дело из Чуйского областного суда. Я бы сказал, что сегодня сис­тема исполнения наказания развалена. Об этом говорит и частая смена руководства, и профессиональный уровень подготовки сотрудников.
Не лучшим образом обстоят дела в паспортной системе, после того как это подразделение вышло из структуры МВД. Вы посмотрите, сколько случаев незаконной выдачи паспортов Кыргызстана иностранным гражданам. Достаточно вспомнить случай, когда в аэропорту Ататюрка в Стамбуле задержали 98 граждан Китая с нашими поддельными паспортами. Не так давно депутаты подняли вопрос: «Каким образом это происходит?»

— Скажите, не кажется ли Вам странным то, что Совет обороны провёл своё заседание сразу после того, как парламентарии ушли на каникулы?

— Не исключаю, что многим такое совпадение может показаться подозрительным, и люди могут подумать, что момент выбран не случайно, а как раз для того, чтобы парламентарии не смогли повлиять на решение Совета обороны. Но я думаю, что ничего страшного в этом нет. Настораживает другое, ведь пока все реформированные структуры начнут работать по новым условиям, пройдёт немало времени, и в этот переходный период необходимо не допустить каких-либо перекосов как в организации национальной безопасности, так и общественной.

Людмила Беседина


Досье «АН»

Кутуев Омурбек Алымбе­кович родился 17 января 1951 года в селе Байгельди Чуйской области. В 1980 году окончил Карагандинскую высшую школу МВД СССР. Работал на разных должностях в правоохранительных органах, был министром внутренних дел КР и прокурором города Бишкека. Имеет звание генерал-лейтенанта, отмечен правительственными наградами.
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: