Сегодня: 19.11.2018
Новым премьер-министром Кыргызстана стал Мухаммедкалый Абылгазиев              Главные события 2017 года в мире              Сооронбай Жээнбеков официально вступил в должность президента Кыргызстана              Дастан Джумабеков избран спикером Жогорку Кенеша              Премьер-министр Кыргызстана принял решение расторгнуть договор с чешской компанией Liglass Trading              Правительство Кыргызстана отзовет из судов все иски против компании «Кумтор»              Премьер-министр России Д. Медведев одобрил единовременное списание Россией долга по кредитам Кыргызстана в размере $240 миллионов              Команда "Азия MIX" победила в финале Высшей лиги КВН              В Кыргызстане отложили всеобщее налоговое декларирование до 2020 года              Бишкекский городской кенеш постановил считать Днем города Бишкек 29 апреля              Президент подписал Закон КР об объявлении 7 апреля праздничным нерабочим днем              Нурсултан Назарбаев на президентских выборах набрал 97,75% голосов избирателей             



Ивана Грозного чуть не убили вместе с сыном

Ивана Грозного чуть не убили вместе с сыномВечером 25 мая в Третьяковской галерее случилась страшная трагедия. Один из посетителей едва не уничтожил знаменитую картину великого русского художника Ильи Репина «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года». Её народное название – «Иван Грозный убивает своего сына» без преувеличения известно всем россиянам. Слава богу, вандал был маленького роста и, по-видимому, просто не дотянулся до лиц царя и царевича – в противном случае произведение было бы утеряно. Конечно, реставраторы сделали бы всё возможное, но это была бы совсем другая картина. Уже после первого нападения на шедевр в 1913 году сам Репин из-за развившегося с возрастом нарушения цветового восприятия не смог её восстановить – реставрацию провёл один из его учеников Игорь Грабарь.



Ох, рано встаёт охрана

Просто поразительно – картина, которая уже подвергалась нападению, картина, которой угрожали совсем недавно, оказалась в галерее практически без охраны. Великое полотно не было защищено даже антивандальным стеклом, не говоря уже про полицейский пост. Все, кто бывал в Лувре, прекрасно знают, как охраняют знаменитую «Джоконду», –к ней невозможно подойти близко. Картина закрыта пуленепробиваемым стеклом, а ещё одно толстое пуленепробиваемое стекло установлено от неё на некотором отдалении. Возле произведения постоянно дежурит полиция. При такой охране её вряд ли повредишь. У нас же, похоже, это становится традицией.

Также удивляет, что полотно не было застраховано. Хотя положа руку на сердце большой разницы в этом нет. Может быть, кому-то и стало бы легче после выплаты страховых миллионов, но картину бы это не вернуло. Ну и настоящая фантастика: приехавший из Воронежа вандал Игорь Подпорин «догнался» до неадекватного состояния прямо в буфете Третьяковки – там свободно продавали водку. «Приехал посмотреть на картину, в восемь вечера зашёл, уже хотел было уходить, в буфете выпил 100 граммов водки. Водку не пью, вот и накрыло», – заявил он на допросе.

Можно сомневаться в количестве выпитого, но факт налицо. Сейчас руководство галереи обещает запретить продажу спиртного, установить антивандальную защиту и наверняка застрахует произведение. Но почему нельзя было сделать это раньше?



На мир 
сквозь жёлтые очки

Впрочем, поздно пить боржоми. Теперь картину ждёт долгая и сложная реставрация. Чтобы понимать всю сложность и непредсказуемость этого процесса, нужно процитировать с некоторыми сокращениями самого Игоря Грабаря, который без преувеличения спас шедевр после первого нападения 105 лет назад.

«Из Куоккалы (ныне посёлок Репино возле Санкт-Петербурга. – «АН») был вызван Репин, вскоре приехавший в Москву. Когда он приехал, я, не извещённый им заранее, случайно был за городом и попал в галерею только к концу дня. Каково же было моё удивление, когда мой помощник по галерее Н.Н. Черногубов сказал мне спокойным голосом: «Илья Ефимович был сегодня, реставрировал «Ивана Грозного» и очень жалел, что вас не застал, так как он сегодня же уезжает». Я света невзвидел, ибо надо было сперва условиться о наиболее безболезненном способе восстановления утраченных частей и о чисто технической стороне реставрации. Хорошо зная страсть Репина к переписыванию своих старых картин, я имел все основания опасаться за целость обеих голов израненной картины.

Когда я вошёл в комнату, где была заперта картина, я глазам своим не поверил: голова Грозного была совершенно новая, только что свеженаписанная сверху донизу в какой-то неприятной лиловой гамме, до ужаса не вязавшейся с остальной гаммой картины. Медлить было нельзя – краски могли к утру значительно затвердеть. Я тут же сначала насухо, потом с керосином протёр ватой все прописанные места, пока от утренней живописи не осталось и следа и полностью не засияла живопись 1884 года.

На самом опасном месте – на голове царевича – я работал сам, остальное сделал Богословский. Великое счастье, что на них вовсе не пострадали глаза и рот. Самое опасное и сложное место реставрации был нос царевича, по контуру совсем отсутствовавший. Восстановить его удалось только благодаря наличию превосходных фотографий с деталей, снятых до поранения и увеличенных до размеров оригинала.

Но счастье было и то, что Репин так же внезапно уехал, как и приехал. Если бы он был тут, едва ли удалось бы его убедить в необходимости смыть его новую голову и восстановить старую. Он, видимо, так давно уже порывался её исправить в соответствии со своими новыми взглядами на живопись, что несказанно обрадовался случаю, дававшему ему эту возможность. В то время у него уже было пристрастие к лиловой гамме, в которой выдержаны его картины 1900-х годов».

Но откуда у Репина появилась страсть к лиловой гамме? В 1913 году ему было уже почти 70 лет – как считают специалисты, всё дело в возрастном изменении зрения. Конечно, точный диагноз сейчас никто не поставит, но хорошо известно, что глаза стариков часто мутнеют и покрываются жёлтой плёнкой. Именно из-за этого Репин просто не видел цветового сдвига своей поздней живописи в фиолетовый.

Проведите эксперимент – возьмите слегка жёлтые очки и попробуйте изобразить на листе чистый серый цвет. Неизбежно он будет казаться вам желтоватым, как и сам белый лист бумаги. Чтобы через такие стёкла цвет казался чисто серым, в него придётся добавить фиолетовый. Таков закон цветового круга – напротив жёлтого расположен именно лиловый. Эффект этой поздней гаммы Репина хорошо виден на незаконченном портрете Пушкина, который сейчас хранится в его доме-музее «Пенаты» в том самом посёлке Куоккала.

Вот и подумайте, сколько разных подводных камней ждёт реставраторов и что они смогли бы сейчас сделать, если бы нападавший попал металлическим столбиком для ограждения по глазам Ивана Грозного или его сына. Картина перестала бы существовать.



Убивал ли Грозный своего сына?

Но почему безумцы уже второй раз пытаются уничтожить этот шедевр? Несомненно, с этим должны разобраться психиатры. Но хорошо известно, что одной из претензий к произведению, является якобы несоответствие его исторической правде – мол, Иван Грозный не убивал своего сына. Дескать, его оклеветал папский посланник, который пытался склонить царя к принятию католичества. По мнению таких «защитников» истории, то же самое происходит и сейчас – Запад непрерывно лжёт о России. Вранья и фейков о нашей стране действительно хватает, но в истории с Грозным не всё так просто.

Итальянский иезуит Антонио Поссевино действительно вёл с царём переговоры о заключении унии с Ватиканом. Он утверждал, что у него был шпион при русском дворе, который и донёс следующее:

«По достоверным сведениям, сын Иван был убит великим князем московским в крепости Александровская слобода. Те, кто разузнавал правду (а при нём в это время находился один из оставленных мною переводчиков), передают как наиболее достоверную причину смерти следующее:

Все знатные и богатые женщины по здешнему обычаю должны быть одеты в три платья, плотные или лёгкие в зависимости от времени года. Если же надевают одно, о них идёт дурная слава. Третья жена сына Ивана как-то лежала на скамье, одетая в нижнее платье, так как была беременна и не думала, что к ней кто-нибудь войдёт. Неожиданно её посетил великий князь московский. Она тотчас поднялась ему навстречу, но его уже невозможно было успокоить. Князь ударил её по лицу, а затем так избил своим посохом, бывшим при нём, что на следующую ночь она выкинула мальчика.

В это время к отцу вбежал сын Иван и стал просить не избивать его супруги, но этим только обратил на себя гнев и удары отца. Он был очень тяжело ранен в голову, почти в висок, этим же самым посохом. Перед этим в гневе на отца сын горячо укорял его в следующих словах: «Ты мою первую жену без всякой причины заточил в монастырь, то же самое сделал со второй женой и вот теперь избиваешь третью, чтобы погубить сына, которого она носит во чреве». Ранив сына, отец тотчас предался глубокой скорби и немедленно вызвал из Москвы лекарей. На пятый день сын умер».

Жуткая история, похожая на правду. Есть и другие версии случившегося, которые знал и Репин при создании своей картины. Можно бесконечно спорить о том, было ли это на самом деле, но уничтожать великие произведения, созданные гениальными предками, – варварство.



Русский или украинец

Репину вообще в последнее время сильно не везёт. Мало кто в России знает, что в Незалежной его считают украинцем – художник родился в городе Чугуеве Харьковской губернии. Ныне это Украина. Используя этот факт,бывший президент Ющенко назвал его представителем украинской культуры: «Какую уникальную цивилизацию мы принесли, сколько уникальных шедевров, начиная от Триполья, мы дарили миру. Как важно иметь свой национальный Лувр и сказать, что Репин – Репа – это украинский художник». Тут уж, как говорится, ори не ори. Можно до хрипоты доказывать, что Репой на Руси называли людей крепкого телосложения. А в Костромском уезде ещё в 1524 г. был документирован крестьянин Репа. В диалоге с Киевом это не поможет – спасёт только возвращение Чугуева.

Того и гляди, скоро Репина захотят признать своим и финны. Великий художник умер в 1930 г. именно в Куоккале – тогда посёлок находился на территории Финляндии.А может, и правда лучше вывезти все произведения Ильи Ефимовича в Хельсинки, раз на родине им не могут обеспечить надлежащую охрану? Вопрос, конечно, риторический – делать этого ни в коем случае нельзя. Но, может, хотя бы такая перспектива поможет сохранить культурное наследие России.



0 комментариев















Информация



Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Наши партнеры: